Байкальский Археологический Проект

About the Project

Этноархеологический Модуль

Team Members

Ethnoarchaeological research in the Baikal Region

Ethnohistoric Research Across Siberia

Project Description

Целью данного модуля является изучение того, как материальные признаки реально-существующих и исторически-зафиксированных закономерностей образа жизни могут быть связаны с экологическими воздействием. Использование этнографической информации в археологических интерпретациях имеет существенный потенциал, но в тоже представляет определенные аналитические трудности. В частности, этнографическая полевая работа строится на исследованиях местного масштаба и подразумевает ограниченные временные рамки, в то время как археологи обычно имеют дело с адаптациями в масштабах региона и долговременными процессами культурных изменений27. Исследования в рамках этноархеологического модуля призваны преодолеть указанные аналитические трудности и интегрировать исторические и археологические исследования с целью создания детальных моделей адаптации и культурных изменений в социальном, пространственном и хронологическом измерениях. Такой подход позволит предложить ответы на ключевые вопросы, поставленные перед данным исследованием. Информация такого рода может быть полезна для создания моделей использования земельных угодий бореальными охотниками-собирателями, что, в свою очередь, может помочь в интерпретации материалов, обнаруженных в рамках других проектов. Исследования данного модуля будут организованы на основе трех групп, каждая из которых будет преследовать свои определенные цели. Большая часть работы будет базироваться на предварительных исследованиях, проведенных во время первой части программы Партнерские Исследовательские Инициативы (MCRI).

1. Этнографическая бригада использует традиционную технику наблюдения за местными охотниками коренного происхождения и оленеводами с целью демонстрации того, как образ жизни и социальные нормы взаимосвязаны с рутинным использованием окружающего пространства. Две территории, выбранные для исследования, являются местом обитания эвенков и якутов, жизненный уклад которых построен на охоте и скотоводстве и интенсивном использовании леса для жизненных нужд. Археологический и этнографический модули БАП имеют несколько точек соприкосновения. Было бы неуместно настаивать на том, что современные эвенки и якуты имели прямую генетическую связь с доисторическими обитателями региона, однако не подлежит сомнению, что обе группы обитали в схожей экологической среде и использовали те же виды флоры и фауны для проживания. Эти прямые параллели дают возможность для продуктивного изучения общих поведенческих аналогий между адаптационными стратегиями современности и среднего голоцена в отношении сходного набора экологических возможностей и ограничений. Становится также очевидно, что, практикуя данные стратегии адаптации, современные сообщества создают систему социальных отношений, а также активно выражают символическое восприятие водных, сухопутных и культурных ресурсов, находящихся в пределах освоенного ландшафта,79 часто выражая эти концепции через создание и избавление от продуктов материальной культуры.45 Наблюдение и понимание того, как эти процессы отражаются в современной материальной культуре, снабжает исследователей моделями для изучения археологических свидетельств для потенциально сходной культурной практики.

Нашей целью также является выход за пределы индивидуалистической и оптимизирующей моделей человеческого поведения18,19, 94,114 и разработать четкую социальную и символическую перспективу на экологические адаптации. Мы также будем документировать использование специализированных зон, сложившихся в результате коллективных действий в рамках семейных хозяйств или сезонных занятий3,44,45,52,76,93. Предварительные этнографические исследования на обеих участках были проведены в 2004 и 20055 и являются предметом двух докторских диссертаций, находящихся в стадии разработки1,22. Наш метод состоит в долговременном наблюдении за небольшими группами охотников и оленеводов весной и осенью. В частности, мы планируем две этнографические экспедиции в озерный и речной регионы в 2006 и 2007. Мы также планируем совместную экспедицию с бригадой археологии домашнего хозяйства летом 2008. В настоящее время мы достигли соглашения с охотниками и управляющими, ведущими надзор над угодьями для охоты. Экспедиции будут состоять из одного или двух человек, живущих и мигрирующих с местными семьями на протяжении минимум двух месяцев.

2. Бригада археологии домашнего хозяйства будет построена на интерпретации культурных процессов, разработанных этнографической бригадой для создания четкой методологии для моделирования исторических и недавно покинутых поселений. Эти поверхностные раскопки призваны задокументировать детали материальных отложений и использования территории. Методы, разработанные в Канадской Арктике, Субарктике и Прериях, будут использованы для воссоздания картины символически значимых зон в пределах жилищ, соединенных очагами, зон общего пользования и спальных зон. Эти методы будут включать трехмерные моделирование материальных остатков28 и альтернативный анализ уровня материального отложения76. Бригада археологии домашнего хозяйства будет концентрироваться на местах стоянок эвенков и якутов, возводимых осенью и весной – сезонах, когда, согласно предположениям исследователей, изучаемые доисторические культуры были вовлечены в сходные формы занятий. Полевая работа будет проведена в бассейне реки Витим в Забайкалье на четырех различных участках.

3. Этноисторическая бригада проведет анализ редких и уникальных архивных материалов, хранящихся в Российских краевых архивах и обнаруженных во время первоначальной стадии проекта5,86. Вместе с другими материалами мы планируем изучить архивные материалы Якутской экспедиции 1895-1897 годов. Целью Якутской экспедиции было изучение наследственности в традиции коренных народов севера в девятнадцатом веке. Экспедиция произвела на свет детальное описание сообществ эвенков и якутов в южной части современной Якутской (Саха) Республики и северной части современной Якутской области. Работа включала этнографическое описание, картирование использования земельных угодий и фотографирование поселений и мест ритуального значения. Важно подчеркнуть, что данный подход даст возможность расширить хронологические рамки этноархеологических исследований, и, таким образом, сделать их более полезными с точки зрения общих задач проекта. Регион, покрываемый архивными исследованиями, частично совпадает с территорией, изучаемой силами двух других бригад. Предварительное ознакомление с архивной коллекцией было проведено в 1998 и 2002 годах. Эта бригада будет возглавляться Анной Сириной, этноисториком с международной репутацией, специализирующейся на данном регионе33,93. Данное исследование будет частично финансироваться за счет грантов из Великобритании и Норвегии.

Наш модуль также продолжит переводить в цифровой формат и анализировать советскую Полярную Перепись 1926 года – уникальный в мировом масштабе источник, дающий детальную картину использования земельных угодий коренным населением и местной экономики на уровне отдельных индивидов, семей и общины. Этнографические, этноисторические и этноархеологические данные значительно углубят наше понимание современных, исторических и доисторических культур охотников-собирателей региона. Таким образом, данные исследования внесут прямой вклад в решение задач, стоящих перед другими модулями. Методы, используемые в этом модуле, призваны углубить понимание символических факторов в интерпретации остатков материальной культуры, как исторической, так и доисторической.

References

1. Abe, Y. 2005. Hunting and butchery patterns of the Evenki in Northern Transbaikal’e, Russia. Unpublished doctoral dissertation. Department of Anthropology. Stony Brook University, NY.

3. Allison, P. M. and Kent, Susan. 2000. The archaeology of household activities. Journal of anthropological research 56(2): 261–262.

5. Anderson, D.G. n.d. Evenki dwellings and habitation sites in Zabaikal’e. In preparation for: P.G. Jordan (ed.) Hunter-Gatherer Landscapes in Siberia. London: UCL Press.

18. Binford, L.R. 1978. Nunamiut Ethnoarcheology. New York: Academic Press.

19. Binford, L.R. 1991. When the going gets tough, the tough get going: Nunamiut local groups, camping patterns and economic organization. In: Ethnoarchaeological approaches to mobile campsites. C.S. Gamble and W.A. Boismier (eds), Ann Arbor, p. 25–138.

22. Brandisauskas, D. An Ethnography of the Upper Vitim Orochen-Evenkis. Doctoral Dissertation in preparation. Department of Anthropology, University of Aberdeen.

28. Dawson, P. 1995. Unsympathetic users: an ethnoarchaeological examination of Inuit responses to the changing nature of the built environment. Arctic 28(2): 71–80.

33. Fondahl, G. and A. Sirina. 2003. Working borders and shifting identities in the Russian Far North. Geoforum 34: 541–556.

44. Janes, R.R. 1983. Archaeological ethnography among Mackenzie basin Dene, Canada. Technical Paper vol. 28. Calgary: Arctic Institute of North America.

45. Jordan, P. 2003. Material culture and sacred landscape: the anthropology of the Siberian Khanty. London: Rowman and Littlefield.

52. Kent, S. 1984. Analyzing activity areas: an ethnoarchaeological study of the use of space. Albuquerque: University of New Mexico Press.

76. Oetelaar, G.A. 2000. Beyond activity areas: structure and symbolism in the organisation and use of space inside tipis. Plains Anthropologist 45(171): 35–61.

79. Pálsson, G. 1991. Coastal economies, cultural accounts: human ecology and Icelandic discourse. Manchester: Manchester University Press.

86. Savolskul S. with D. Anderson. 2005. An ethnographer’s early years: Boris Dolgikh as enumerator for the 1926/27 polar census. Polar Record 41(3): 235-251.

93. Sirina, A. 2002 . Katangskie evenki v 20 veke. Rasselenie, organizatsiia sredy zhiznedeiatel'nosti [Evenki from the Katanga region in the 20th century. Distribution, organization of subsistence activities]. Irkutsk: Izdatel'stvo 'Ottisk'.

94. Smith, E.A. and B. Winterhalder (eds). 1992. Evolutionary ecology and human behaviour, New York: Aldeine de Gruyter.

114. Winterhalder, B. and Smith, E.A.. 1981. Hunter-gatherer foraging strategies. Chicago: University of Chicago Press.

LATEST NEWS
С вопросами по поводу вебсайта обращайтесь к